Радий Хабиров стал гостем подкаста Минобрнауки России «Высший пилотаж»

Проект «Высший пилотаж» включает 12 видеоинтервью с ректорами, руководителями передовых инженерных школ и экспертами, участвующими в трансформации российских вузов.

– Я не могу быть для вузов начальником, мы строим партнёрские отношения. Как всякие отношения, их надо беречь и постоянно над ними работать, – говорит Глава Башкортостана.

Стенограмма интервью:

КОРР.: От качества высшего образования сегодня зависит будущее не только отдельных людей, но и целых регионов. Университет – это не просто здание в городе. Это мозг и сердце территории, источник кадров, идей и смыслов. Но как превратить этот потенциал в реальную силу развития? Как ректорам и губернатору говорить на одном языке. У нас в гостях – человек, который знает ответ на практике. Глава, для которого развитие науки и высшей школы – один из ключевых приоритетов стратегии республики. Мы говорим с Главой Башкортостана Радием Фаритовичем Хабировым.

Радий Фаритович, вы единственный Глава региона среди героев нашего подкаста. И вы очень сильно погружены в сферу высшего образования своей республики, лично курируете какие-то инициативы университетов. Мы сегодня с вами про это поговорим. В частности, ездите с командами университетов республики на защиту программ их развития в рамках проекта «Приоритет 2030» (федеральная государственная программа по созданию сети университетов-лидеров, центров научно-технологического развития регионов). Что вами движет? Вы просто любите университеты или это какая-то стратегическая ставка и расчёт руководителя региона?

Радий ХАБИРОВ: Может быть, я и единственный Глава на подкасте, но уверенно могу сказать, что руководители регионов очень активно занимаются продвижением своей высшей школы, своих вузов. И, кстати, на «Приоритете 2030» мы с рядом губернаторов тоже пересекались. Это, на самом деле, такая хорошая, я бы сказал, здоровая конкуренция.

То, что сам принимаю участие, это, наверное, вопрос приоритетов. Мы хотим выйти из замкнутой локальной истории. Конечно, это невозможно сделать, если не приложить энергию.

Более того, могу сказать, что перед «Приоритетом» мы проводили практику предзащиты. Прогоняли управленческие команды наших вузов уже через нас. Не могу сказать, что я большой специалист в фотонике, генетике или каких-то композитах. Но тем не менее мы понимаем и, кстати, специально консультировались с представителями различных проектных офисов «Приоритета 2030», на чём акцентировать внимание. Потому что, как это ни парадоксально, сначала не было правильного понимания, что же такое «Приоритет 2030», зачем он нужен и т.д.

Вообще, если посмотреть последние годы, был проект по созданию федеральных и национальных исследовательских университетов. Вокруг республики – крупные промышленно развитые регионы. И в каждом из них есть федеральный или национальный исследовательский университет, а в некоторых – даже два. Так сложилось, что Башкортостан в своё время оказался вне этого круга. И я полагаю, что здесь нам нужно было сделать какой-то рывок, чтобы всё-таки войти в плеяду ведущих вузов, которые работают не на локальном уровне.

Поэтому, когда появились программы научно-образовательных центров мирового уровня, кампусов, студенческих стартапов, передовых инженерных школ, «Приоритет 2030», мы активно во всех участвовали. Это было очень важно. И мне кажется, где-то мы даже, по-доброму скажу, досаждали управленческим вузовским командам, что постоянно их подталкивали. Но потом они вошли во вкус, и уже сами делают достаточно большую, серьёзную работу. На мой взгляд, мы уже на подходе к определённому результату.

 

КОРР.: Насколько сегодня конкуренция за федеральные ресурсы для развития региональных университетов, в том числе в рамках программ строительства кампусов, «Приоритет 2030» и других, – это соревнование не только ректоров, а прежде всего губернаторов? Как вы продвигаете потенциал региона и своих университетов в Москве?

Радий ХАБИРОВ: Прежде чем что-то делать, всегда нужно ответить на главный вопрос – зачем? Каждая программа, о которых я сказал выше, ставит свои определённые задачи. Вновь подчеркну, наша задача – выйти из локальной, региональной жизни. Вроде как слова, но внутри этих слов есть очень хорошие смыслы.

Если не ошибаюсь, вузов, которые участвуют в «Приоритете 2030» – чуть больше 100. Это ведущие вузы, которые доказали, что они: а) имеют намерение двигаться вперёд, б) имеют реальную программу, в) имеют под это, соответственно, материальные и иные человеческие ресурсы.

Мы понимаем, что работаем на большую науку, на большую страну. И встраивание в эти технологические цепочки, научные исследования будет, на мой взгляд, определять состоятельность вуза как большого игрока на федеральной научной арене. Я бы так сказал.

КОРР.: Вы уже сказали, что в республике несколько сильных университетов. Вы их лично заслушиваете перед защитой на «Приоритете 2030». Не возникает ли у университетов ощущение, что кого-то вы любите больше или меньше? Как вы как Глава региона балансируете между ними? Как их мотивируете не просто конкурировать в регионе, а кооперироваться и создавать синергию, чтобы регион выходил за границы себя, как вы сказали раньше?

Радий ХАБИРОВ: Очень важны же и человеческие отношения. Условно, если говорить о ректоре нашего медуниверситета, академике Российской академии наук Валентине Николаевиче Павлове, то мы с ним вообще ещё в стройотряде работали. То есть нас связывает давняя история дружбы. Это, на мой взгляд, не мешает работе.

Тем более, условно, медицинский университет – понятно, это вообще отдельная история. Нефтяной университет – это нефтехимия, цифровые двойники месторождений, новые типы катализаторов и т.д. Уфимский университет науки и технологий – это современные материалы, ИТ, авиа- и двигателестроение. Все они работают в очень разных плоскостях и не конкурируют. Поэтому мы радуемся, когда они побеждают.

Понятно, что какие-то вузы сильнее, у каких-то больше базы. Некоторые просто старше и, соответственно, накопили богатый научный и человеческий опыт. Радует то, что они встраиваются в новую систему. Мир меняется, меняется вообще информационная среда вокруг нас. Поэтому у них впереди большие задачи.

Все вузы федеральные. Я руководитель региона. И здесь, с поверхностной, очень примитивной точки зрения, у них своя нива, а у меня своя – свои задачи, свои полномочия. Но у нас в республике это так не работает. Это сложившаяся история. И несмотря на то, что вузы федеральные, мы работаем здесь и базовые задачи решаем совместно с вузами.

КОРР.: Вы сказали, что в какой-то момент вузы республики несколько отставали от участия в разных федеральных программах. Одной из инициатив, которая в том числе была реализована, стало объединение вузов для создания крупного федерального университета в республике. Не каждый Глава региона решается на такую инициативу. Понятно, она организационно сложная. Сейчас уже прошло несколько лет. Можно ли сказать, что инициатива удалась? Как академическое сообщество после нескольких лет воспринимает эту инициативу?

Радий ХАБИРОВ: Вы в точку попали насчёт сложности вопроса. Он же ещё такого личностного свойства. Потому что всё-таки все мы люди, и нам хочется, чтобы впоследствии о нас сказали что-то хорошее. На тот момент мы понимали, что должны показать со стороны нашей республики федеральному центру, Минобрнауки, научному сообществу, что стремимся вперёд и готовы к определённой трансформации. И это было, наверное, одно из достаточно адекватных решений.

Я ведь сам выходец из Башгосуниверситета, 14 лет там работал. И когда мы объединяли классический университет и технический вуз, было очень много сомнений. Причём главное – не в профессиональной, а в эмоциональной составляющей. Люди говорили: «Вы убиваете наш университет, убиваете историю». Мы общались с профессурой, преподавателями, студентами, рассказывали о преимуществах. Когда я выступал на учёном совете, то просто попросил: «Доверьтесь мне, мы идём правильным путём». Я и сейчас считаю, что мы правильно поступили.

Не мне говорить об успешности, потому что я сам участник событий. Люди, научное сообщество должны сами решать. Жизнь покажет, ещё совсем мало времени прошло, всего пять лет.

Прежде всего мы получили большой вуз. Он входит в пятёрку крупных вузов России и на современной арене научных исследований, тех предложений, которые предоставляет Минобрнауки, Правительство России, может решать задачи, имея высокий научный и технологический потенциал, финансовую базу, соответствующую инфраструктуру.

 

Что получилось? Первое. Уфимский университет науки и технологий – участник «Приоритета 2030». Успех? Успех. Деньги есть? Есть. Продукты и результаты ждём.

Второе. Передовая инженерная школа прекрасно работает. Мы с Михаилом Аслановичем (М.А. Погосян, ректор Московского авиационного института) как раз разговаривали о ней, о том, что можем сделать, о какой-то совместной кооперации.

Третье. Парадоксальная вещь. Есть такой проект «Студенческий стартап». Республика Башкортостан по прошлому году собрала самое большое количество стартапов – порядка 120.

Уфимский университет науки и технологий начинает трансформироваться. Это не превращение путём сложения – два плюс два равняется четыре, и всё. Мы хотим получить что-то более глубокое, что не достигается математически простейшими действиями.

Кому-то надо было принимать это решение, надо было с людьми разговаривать. Они очень переживали. Мне важно было сохранить людей, которые боялись сокращений. Мы никого не сокращали, оптимизировали только кросс-дисциплинарные вещи, которые требовали определённой унификации. Мне кажется, первый этап перехода на режим совместной работы состоялся.

КОРР.: А насколько регион участвует в формировании стратегических технологических проектов в университетах? Насколько, по-вашему мнению, важно, чтобы те технологические цепочки, которые выстраиваются в университетах, коррелировали с тем, что происходит в регионах? И насколько вузы могут стать настоящими драйверами развития регионов?

Радий ХАБИРОВ: Может быть, я достаточно ортодоксально мыслю. Но, наверное, правильно, что вуз определяет свои стратегические научные исследования, исходя из того, что происходит на земле. Разумеется, если у нас достаточно развиты нефтедобыча, нефтепереработка, то, наверное, это требует определённых научных вложений.

Мне кажется, сейчас очень хорошее время. Российский человек, российский инженер, российский предприниматель невероятно талантливый. Из-за того, что многие компании ушли из этой большой сферы, появляются предприятия, которые выпускают прекрасное нефтепромысловое, бурильное оборудование, которые начинают производить действительно качественный продукт. И «Газпром», «Роснефть», другие компании начинают активно пользоваться этой техникой. Это опять же наука.

Мы сидим с вами в зале, наполненном военной, боевой техникой. Наше «ОДК-УМПО» – главный производитель двигателей для всей линейки самолётов СУ. Разумеется, это нужно. Потому что успех двигателей – в постоянном улучшении производственных, технических характеристик и т.д.

Стратегические направления вузов, безусловно, определялись, и на «Приоритет 2030» мы выходили, исходя именно из этих потребностей. Но в то же время наука иногда прорывается там, где ты её не ожидал.

Например, одно из ведущих наших научных учреждений – Институт биохимии и генетики УФИЦ РАН во главе с научным руководителем Эльзой Камилевной Хуснутдиновой. Казалось бы, откуда это взялось у нас? Но тем не менее генетика у нас развивается. Мы недавно построили Геномный центр, где уже, в принципе, проходят достаточно серьёзные исследования в области генетики.

Аграрный университет. Зачем ему заниматься абстрактными вещами, когда нам под наши климатические условия нужны новые сорта зерновых. Задача простая, занимайтесь. Это тоже генетика. Нам нужно адаптированное под наши условия животноводство с учётом современной культуры потребления. Занимайтесь.

И что интересно? Такие самородки появляются. Ребята из нашей республики начали выигрывать крупнейшие олимпиады, научные конкурсы. Люди очень талантливые, причём они порой из дальнего города или села нашей республики. Надо дать им возможность прикладывать свои научные устремления к очень широкому спектру направлений. Мы не должны замыкаться только на нефтепереработке, авиа- или двигателестроении, а дать возможность нашим ребятам и учёным более широко заниматься наукой.

 

КОРР.: К чему вы стремитесь во взаимоотношениях с университетами как Глава республики? Вы их начальник, заказчик, партнёр, ментор или как-то по-другому себя самоопределяете?

Радий ХАБИРОВ: Могу сразу точно сказать, я для них партнёр. Надеюсь, они также это видят. Даже с точки зрения полномочий, я не могу быть начальником. Это федеральный вуз, мы юридически не имеем отношения к назначению ректора и т.д.

Поэтому у нас партнёрские отношения. Как и всякие отношения, их надо беречь, их надо выращивать, их надо формировать и постоянно над ними работать. Могу сказать, что с каждым из руководителей вузов и в целом с вузовскими командами у нас налажен спокойный диалог, спокойная возможность пообщаться, услышать друг друга.

 

Мы же, со своей стороны, создали целый ряд точек коммуникаций. Потому что очень важно, чтобы была среда. Прежде всего, это, конечно, Межвузовский студенческий кампус в Уфе. То, что мы его сейчас достраиваем, – наверное, одно из главных прорывных событий, которое, как мне кажется, даст сильный толчок дальнейшему развитию высшей школы и науки в нашей республике. Но это ещё и уникальная среда, где мы общаемся. Я регулярно бываю в кампусе и общаюсь там со всеми, начиная с лаборанта или студента до профессора или руководителя научной школы.

Мы создали республиканский Госкомитет по науке и высшему образованию. Для чего? Потому что всё-таки объём задач, который сейчас возникают, – а это, как я уже перечислял, и НОЦ, и кампус, и «Приоритет 2030», и передовая инженерная школа, и другие новые проекты, – требует определённой координации. На мой взгляд, это ещё одна важная дополнительная площадка поддержки и продвижения наших вузов.

КОРР.: Радий Фаритович, большое спасибо за содержательный разговор. Это было очень интересное обсуждение того, как Глава региона видит своё взаимодействие с университетами.

Радий ХАБИРОВ: Спасибо большое. Всем желаю успехов!